2–9 сентября 2018 года
Аккредитация
Template "" was not found.
Проводник
Пресса о нас
Фотоальбом

Ясные поляны

12 Сентября 2002

Что не говори, а Анапа куда больше Сочи подходит на роль российского Канна. Потому что она почти без самомнения (и Канн не в сезон местечко захолустнейшее). Кроме того, в Анапе на фестивале «Киношок», ставшем ныне Открытым фестивалем кино стран СНГ и Балтии,  так и маячат контуры грядущего кинематографа. Совсем как в Канне.

Тем более что и контуры грядущего Канна в Анапе угадываются.

Шофер одной из фестивальных машин, как выяснилось из разговора, работает на фестиваль бесплатно. Потому что всякий, кто занят в Анапе свободным предпринимательством, должен 24 рабочих часа в год отдать городу. Все, сдающие жилье отпускникам, исправно платят городу «курортный налог». А анапчане-подростки, на каникулах все как один работающие, отчисляют часть своего заработка родным школам. В результате в некоторых из них появились компьютерные классы.

И поэтому не странно, что Анапа напоминает Восточный Берлин после падения Стены --  всюду стройки, и за глуховатыми заборчиками сдаются уже не койки между грядками, как в золотую эру «советской курортологии», а «номера со всеми удобствами». Гласящие про то объявления похожи на правду: за глуховатыми заборчиками все больше трехэтажных коттеджиков.
  Фестиваль же поначалу казался обращенным в прошлое. Перед открытием в момент прохода фестивальной массы сквозь массы анапских праздноотдыхающих, потенциальные зрители не опознавали, скажем, 25-летнего Алексея Панина, звезду вполне кассовой "Звезды", причем довольно яркую, но зато отчаянно приветствовала криком "Привет, Ромео!" узбекского актера Рустама Сагдуллаева, героя "В бой идут одни старики", фильма, что называется, "на возрасте". Однако вскоре ситуация изменилась.

На центральной площади Анапы, под открытым небом на огромном экране показывали «Кукушку» Александра Рогожкина, фаворитку недавнего Московского кинофестиваля. И три с половиной тысячи человек следили за историей разноязыкого трио – русского, финна и саамки во время  советско-финнской войны – прерывая просмотр только аплодисментами. Даже в штабе «Киношока» никто, кажется, не ждал «площадного» аншлага.

Такой успех камерной и изящной рогожкинской картины, возможно, выступил провозвестником последующих «киношоков». Одним из них стала видео-двадцатиминутка из Молдавии – «Месть и коварство» Игоря Чиркова, включенная в программу «Ночи на видео». Она из категории комедий, которые радуют всерьез --  в постсоветском пространстве появился наконец изобретательный и разумный комедиограф. Свой, как сказано в титрах, "фильм по идее Вильяма Шекспира" Чирков сделал в полном и идеальном соответствии с нормами немого кино, в его эстетике – в этой экранизации "Гамлета" камера, например, неподвижна. Наличествуют и поясняющие титры. Звука, естественно, нет, только «расстроенное фортепиано». Гамлет – в строгой верности "идее Вильяма Шекспира" – грузен и одышлив. Офелия – дурища. Розенкранц и Гильденстерн парни крутые, но безмозглые. Призрак отца Гамлета ведет себя вызывающе…

Но вызывающе ведет себя на фестивале в Анапе не один призрак. В конкурсной программе появился фильм «Лунные поляны» Игоря Минаева, признанного мастера авторского кино, некогда киевлянина, уже давно и творчески успешно проживающего во Франции. А вместе с ним и призрак… Лукино Висконти. А точнее – его легендарного фильма «Туманные звезды Большой Медведицы». Фокус (и главный) минаевской картины в том, что отчаянный киноавтор вторгся в «зону покрытия» знаменитого аристократа нон-конформиста. «Лунные поляны», как и «Туманные звезды…», – о запретной любви между братом и сестрой. О любви столь же роковой и болезненной, как влияние великой русской литературы (таков пафос фильма). Достоевский с Тургеневым тяжело сказываются на нашем жизненном укладе: мы, растленные, за простым бытом склонны видеть духовные сущности и оценивать людей по мере их таланта, что несовместимо с жизнью.

Этой болезнью инфицирована и главная героиня картины. И в картине появится флюидно-миазмический Питер (где живут брат и сестра). И некий знаменитый актер, умирающий на сцене после прочтения сцены из «Идиота» (Мышкин у тела Настасью Филипповны). И продажа антикварного имущества с причитанием вокруг буфета (про вишневосадовский «многоуважаемый шкаф» все, конечно, помнят). И попытка героини сделать из возлюбленного-брата писателя – ведь жизнь имеет смысл только если ты талант… И бесконечная и упоительная игра светотени на лицах, костюмах, в интерьерах… И драма инцеста, имеющая развязкой самоубийство героев. А также полное отсутствие ответа на вопрос, почему дети нынешней цивилизации – не царь Эдип – столь трагически переживают инцест…

При всех несовершенствах и безответности поставленного вопроса, эта картина для нашего кино, что называется, прорывная. Ее изысканное изображение – свет и тень, углы съемки и углы городского пейзажа – все это сильнее патетического содержания. Кроме того, «Лунные поляны» соединили в себе давление нашего неизбывного культурного багажа (того самого «многоуважаемого буфета») с сугубо современным дизайном кадра и органически сегодняшней нервностью исполнителей: молодой актрисе Театра Армии Алисе Богарт явно светит будущее звезды, а Андрей Кузичев уже уверенно стоит на этом пути (судя хотя бы по его роли в сериале «Семейные тайны»). То есть позитивный результат «Киношока» уже налицо – в нашем кино, кажется, от «Лунных полян» недалеко и до Ясных.

Виктория Белопольская



Вернуться к списку